Гараж Виктор называл мастерской, и Катя давно перестала спорить с этим словом. Там, под навесом из профнастила, стоял «Москвич» тысяча девятьсот восемьдесят шестого года выпуска, облезлый, без капота, с вынутым мотором. Вокруг на стеллажах лежали детали, каждая в свою коробку: карбюраторы, поршни, прокладки, фары в газетной бумаге. Виктор покупал их по объявлениям, приезжал с ними домой счастливый и говорил: «Редкость, Кать, такую больше не найти». Катя кивала. Ей тридцать четыре, ему тридцать восемь...