— Твой-то опять на работе? Ну конечно, трудится. Бумажки перекладывает да чай на своей стройке гоняет. Людмила Борисовна сказала это громко, на всю кухню. Так, чтобы услышали все. Родня за столом притихла и заулыбалась. Марина стояла у плиты, помешивала подливу и чувствовала, как горят щёки. Мать умела уколоть точно и при свидетелях. Это был её талант. Воскресный обед у Людмилы Борисовны редко обходился без того, чтобы разговор свернул на зятя. — Мам, он на объекте. У него сдача скоро. — Объект, скажешь тоже...