Свекровь всегда говорила, что моя родословная пахнет навозом, а её — французскими духами и истинно голубой кровью. Жаль, что она не учла один маленький закон физики: голубая кровь на морозе стынет так же быстро, как обычная, а дорогой парфюм отвратительно раскрывается под проливным дождем. Особенно в тот момент, когда тебя вежливо, но настойчиво вышвыривает на улицу охрана ресторана, которым, как внезапно выяснилось, владеет мой «неотесанный» папа. Но давайте по порядку. Мой муж Эдуард считал себя интеллигентом в пятом поколении...