Есть в русском человеке одна удивительная черта, которую я наблюдаю всю свою сознательную жизнь и никак не могу до конца осмыслить: он способен превратить в поле боя абсолютно любое место. Лужайку в лесу. Детскую площадку. Очередь в поликлинике. И — как выяснилось этим февральским утром — заснеженную поляну в Подмосковье, куда люди приехали просто для того, чтобы сжечь соломенное чучело и съесть блин с маслом. Я ехал на Бакшевскую масленицу так, как ездил туда много лет подряд, — с предвкушением,...