Полные всегда утверждают, что едят бесконечно мало, но не могут похудеть, а худые всегда кичатся тем, что едят как не в себя, а еда проходит насквозь. Мало еды это сколько? Много еды это сколько? Почему еду нужно оценивать общепринятой единицей измерения, а не субъективными «мало» или «много»? Спрашиваешь полного, расскажи, милок, сколько ты ешь? Да я, да всего пару раз в день вот еды маленькую тарелочку, буквально с ладошечку. То есть в ход вступает непонятная единица измерения – тарелочка или ладошечка...

Валентина Петровна стояла у калитки и смотрела на дом. Дом смотрел на неё в ответ — тёмными окнами, просевшим крыльцом, покосившимся почтовым ящиком, в который уже давно никто ничего не опускал. Дом молчал. Он всегда молчал, но раньше это молчание было тёплым, обжитым, как старое одеяло. А теперь стало таким, от которого хотелось уйти. Она уйдёт. Сегодня. Чемодан стоял в прихожей. Небольшой, коричневый, с потёртыми углами. Этот чемодан покупал ещё Гена — сорок лет назад, когда они собирались в Анапу...