Ночь опустилась на деревню тяжело, как свинцовое одеяло. Не было ни луны, ни звезд — только бесконечная чернота, которая давила на плечи, на глаза, на самую душу. Храм стоял на краю кладбища, и ветер, гулявший между могильными крестами, завывал так тоскливо, что, казалось, сама земля стонет от этой музыки. Отец Алексей лежал в своей келье — маленькой комнатушке с низким потолком, где единственным украшением были потемневшая икона Божьей Матери и медный крест над кроватью. Он не спал. Он уже давно...

Иногда ты не можешь объяснить, что с тобой происходит. Внешне всё вроде бы нормально, а внутри — тревога без причины, пустота, ком в горле, внезапная слезливость или наоборот онемение. Иногда тебя накрывает одиночество даже рядом с близкими. Иногда ты остро реагируешь на холод, отвержение, молчание, задержку ответа. Иногда ты сам не понимаешь, почему так больно. А теперь я скажу то, что может отозваться до мурашек. Возможно, это плачет не взрослый ты. Возможно, это тот младенец, чей плач однажды остался без ответа...