Олеся сидела перед матерью, уткнувшись взглядом в край кухонного стола. По щекам текли слёзы, будто внутри что-то давно надломилось и теперь медленно давало трещину. — Мам… — голос дрогнул, — но что мне теперь делать? Зина растерянно смотрела на дочь. Она слушала Олесю уже минут десять, но всё, что та говорила, никак не укладывалось у неё в голове. Слова будто цеплялись одно за другое, а смысла Зина поймать не могла. Олеся у неё взрослая. Уже двадцать шесть. Не девчонка. Работа приличная, стабильная, с высокой зарплатой...