Талон был на четырнадцать двадцать, вызвали в пятнадцать десять, и всё это время мать сидела очень прямо — так сидят женщины, по которым не должно быть видно, что они сидят уже пятьдесят минут. Трость она держала между колен, как держат зонт в театре. Когда наконец назвали фамилию, она встала и пошла к двери сама, отодвинув локоть Елены аккуратно, но окончательно. Приём занял одиннадцать минут. Врач сказал, что динамика хорошая, и написал то же, что в прошлый раз, только другим почерком. В половине...