Лизка в тот вечер разлила чай. Не специально, конечно. Она вообще редко что-то делала специально — в том смысле, как это понимали взрослые люди, привыкшие искать в каждом движении чужой умысел. Просто чашка стояла слишком близко к краю стола, рукав кофты зацепился за ручку, и горячий чай пополз по клеёнке коричневой лужей, как будто тоже решил тихо сбежать из этой кухни. — Господи, да что ж ты за наказание такое, — выдохнул Сергей. Он сказал это не громко. Даже почти буднично. Так говорят о скрипучей двери, которую давно пора заменить...