– Серёжа, ты бы хоть суп доел, а то Валентина Ивановна обидится, – сказала Марина. – Я доел. – Он доел, – тёща отодвинула мою тарелку и заглянула в неё. – Половину доел. Тридцать лет варю борщ, а тут, значит, не нравится. Я не сказал, что не нравится. Я вообще ничего не сказал. Я пришёл с суток, спал два часа, и мне хотелось тишины и чая. А получил борщ и разбор борща. Валентина Ивановна живёт у нас три года. Приехала в сентябре двадцать третьего, после операции, «на месяц, пока не окрепну». Окрепла давно...