— Мам, ну ты же понимаешь, что все уже привыкли! Как это — не будет застолья? Катя смотрела на меня так, словно я предложила продать семейную реликвию на барахолке. В её глазах читалось непонимание, граничащее с разочарованием. Дочь стояла у порога моей квартиры в своём деловом костюме, видимо, заскочила между совещаниями, чтобы обсудить «катастрофу». — Привыкли к чему? — устало спросила я, наливая себе кофе. — К тому, что я каждый год превращаюсь в официантку на собственном дне рождения? — Мама! — Что «мама»? — я присела на стул у окна, прижимая к себе горячую кружку...

— Мои друзья негодуют, Елена! — воскликнул Денис, как только вошёл в квартиру. — И возмущению их нет предела! Ты меня слышишь? Ты где вообще? Денис нашёл жену в гостиной. Она смотрела телевизор. — Я её по всей квартире ищу, зову, зову, а она вон где устроилась! И молчит. Ты почему молчишь? Лена, я к кому обращаюсь? Я требую, чтобы ты сейчас же объяснила, что вообще происходит. Я места себе не нахожу. Не знаю, что и подумать. Мне звонят. Сообщают какой-то вздор. Я в недоумении. Но меня можно понять...