Зинаида Петровна, сухонькая женщина с острым взглядом, который не могли затуманить ни годы, ни очки с толстыми линзами, пересчитывала пакетики с пельменями в морозилке. Она готовилась к приезду Карины, своей двенадцатилетней внучки, с той особой, немного суетливой тщательностью, на которую способны только бабушки, живущие одиноко. Три года назад Лиза, её дочь, выскочила замуж во второй раз, за перекупщика Тимура, и с тех пор всё в их семье покатилось куда-то не туда. Зинаида Петровна чуяла это нутром...

Я до сих пор помню её шарф. Тёмно-синий, почти чернильный, с бахромой по краям. Такие носили тогда многие женщины, но именно этот шарф я вижу, стоит мне закрыть глаза и вернуться в тот октябрьский вечер. Запах осени в подъезде, холодный свет на лестничной клетке, и она – стоит за папиным плечом, держит шарф двумя руками, как будто это единственное, за что можно держаться. Мне было пять лет. Серёже девять. Папа позвонил в дверь нашей же квартиры, хотя у него был ключ. Я выбежала на звук из комнаты...