Это был жаркий летний день, и воздух в квартире пропах смородиной – густо, сладко, почти до тошноты. Мама варила варенье третий час подряд, потому что в этом году урожай выдался бешеный и его надо было спасать от печальной участи превратиться в удобрение. Она стояла у плиты в старом халате, который помнил ещё девяностые («Вещь хорошая, зачем же выбрасывать? Настоящий хлопок, сейчас таких не делают») и деревянной ложкой снимала пенку. За окном шумел город, где-то внизу кричали дети, а на кухне было жарко, как в бане...