Тамара Сергеевна стянула перчатки, по одному пальцу, не торопясь. – Квартирка большая, Егорушке в самый раз. Она сказала это так, будто сообщала расписание электричек. Спокойно. Буднично. Золотая брошка в форме пчелы на левом лацкане её пальто блеснула под лампой прихожей. Я стояла в дверях собственной съёмной однушки в Бирюлёво и молчала. За стеной сосед уронил что-то тяжёлое. Стены тут такие, что слышно, как он чихает, а уж как роняет гантели – тем более. – Женя, ты слышишь? – Тамара Сергеевна шагнула внутрь, не разуваясь...