— Наденька, ну ты опять нарезала морковь слишком крупно, ребенок же может подавиться, ты об этом подумала, нет, конечно, ты никогда не думаешь о последствиях, — Алла стояла в дверях кухни, держа в руках пакет с кабачками и каким-то супом в пластиковом контейнере. Её голос был густым и обволакивающим, как сироп, в котором вязло любое желание возразить. — Я привезла овощное пюре, там идеальная консистенция, переложи сейчас же в баночку. Надежда продолжала резать морковь, глядя не на Аллу, а на разделочную доску...

– А я тебе говорю, Антон, это просто идеальный вариант. Четыре комнаты вам двоим зачем? Вы там на самокатах кататься собрались? Продадите просторную квартиру, купите себе приличную двушку в новостройке, а разницу отдадите мне на первоначальный взнос. У меня двое детей, нам расширяться надо, а вы пока только для себя живете. Марина замерла в прихожей, так и не успев снять второй сапог. Влажный зонтик в ее руке тихо капал на ворсистый коврик, оставляя темные пятна. Она вернулась с работы на два часа...