Кофе остыл в чашке, а Евгения так и не сделала ни глотка. Стояла у окна кухни, смотрела, как Никита выруливает со двора на своей серой «Гранте», и считала секунды до того момента, когда машина скроется за углом дома. Вот мигнули поворотники. Вот пропал багажник. Всё. Из коридора уже доносились шаги — тяжёлые, домашние, в тех самых тапках с протёртыми задниками, которые Любовь Валентиновна носила лет десять и менять не собиралась. Шаги приближались к кухне, и Евгения, не оборачиваясь, успела поймать...