– А из этих штук что делают? – спросил Кофи, протягивая мне разрезанный плод какао. Ему было лет десять, и он стоял по щиколотку в скорлупе бобов, из которых через полгода кто-то в Москве развернёт плитку за чашкой кофе. Я не сразу нашлась, что ответить. Не потому, что не знала. А потому, что поняла: он правда не знает. Мальчик, который вырос среди какао, родился в деревне, где какао – единственный источник денег, ни разу в жизни не держал в руках шоколадку. Со мной в той поездке была Ольга, моя давняя подруга...