– Зоя, ты же взрослый человек. Семья должна выручать. Галина Макаровна сказала это так, будто просила передать хлеб. Спокойно, между вторым и чаем, за моим же столом, на который я поставила запечённую утку с яблоками. Воскресенье. Собрались, как люди. Семья. Я держала чайник и смотрела на её руки. Пухлые, с тремя кольцами, ногти цвета спелой вишни. Каждые три недели она ходила в салон на углу нашего дома – это я знала точно, потому что сама записывала её туда по телефону, когда у неё «глаза уже не те»...