Нина прожила с Геннадием тридцать четыре года. Терпела, молчала, варила борщ по субботам. А потом вызвала мастера и сменила замки, пока муж был у той женщины. Нина стояла у окна и считала фонари. Семь штук от подъезда до поворота. Когда-то она считала их вместе с дочкой, пока та ждала папу с работы. Геннадий не приходил с работы уже третий час. Телефон не отвечал. Борщ на плите остыл, покрылся тонкой плёнкой, и Нина накрыла кастрюлю крышкой. Не потому что берегла. Просто не хотела смотреть. - Мам, ты чего не ешь? — позвонила Жанна из Калуги...

Поднявшись на пятый этаж, я достала из кармана рабочей куртки ключи и начала открывать дверь. — Что за? Ключ никак не хотел проворачиваться в замочной скважине. Неужели сломался? Предприняв ещё одну попытку, я нажала на кнопку звонка. Никита должен быть дома, он не работал уже почти два года, лишь иногда отлучался на подработки. В прихожей послышались шаги, а через минуту дверь открылась и я увидела своего Никиту. — Привет. У меня не было никакого настроения, и сейчас хотелось только отдохнуть после работы и побыстрее переодеть дочь, чтобы она ненароком не заболела из-за прогулки по сугробам...