Пятнадцатое число. Календарь можно было не открывать: в половине девятого утра в замке заскрежетал ключ. Я легла в восемь, после суточной смены. Двадцать четыре часа в диспетчерской аварийной службы управляющей компании: трубы, лифты, «у меня с потолка течёт, а вы там чем занимаетесь». Уснула я, по-моему, ещё до того, как голова коснулась подушки. И тут скрежет. Сначала ключ поворачивается на пол-оборота и останавливается. Потом его вынимают. Потом вставляют снова, уже с чувством. Потом два полных оборота, щелчок, и в прихожей голос: — Подходит! Таким тоном Гагарин говорил «Поехали»...

Дверь в отделение с грохотом распахнулась, и двое санитаров вкатили каталку. Остановились возле постовой медсестры: - Куда его? - спросил один. - На пятую койку в коридоре, мест больше нет. - Медсестра повернулась ко мне. - Покажете? - Да, конечно. Идёмте со мной. Санитары начали перекладывать раненого на кровать. Боец, возможно, оказался тяжёлым, а простыня – старой, порвалась с треском. Я ахнула, испугавшись, что они его уронят. По сжатым зубам бойца было видно, что ему больно, но он не издал ни звука...