— Ты кто такая, чтобы выставлять мою мать? — закричал Олег, распахнув дверь так резко, что ручка ударилась об ограничитель. — Хозяйка этой квартиры, — спокойно ответила жена. Нина стояла посреди прихожей, держа в руке связку ключей. У её ног находились два чемодана, большая клетчатая сумка и коробка с кухонной техникой. Всё это принадлежало Валентине Петровне, которая ещё утром утверждала, что уезжать ей совершенно некуда. Сама свекровь сидела на банкетке возле двери. На ней уже были летние туфли и светлая куртка, несмотря на июльскую жару...

Нина шла быстро, почти волокла Олю за руку, и злилась на себя за эту спешку. Свекровь позвонила в четыре, когда Нина ещё отмывала кисточкой позвонок ископаемого ящера, и голос у неё был такой, будто приглашали не в гости, а на срочную эвакуацию. Тётя Жанна приехала на один день, тётя Жанна хочет увидеть всех, тётя Жанна не молодеет. — Мам, а у бабушки будет тот пирог? — Оля подпрыгивала на каждой второй плитке. — С вишней который. — Будет, если тётя Жанна его по дороге не съела. — А тётя Жанна большая? — Тётя Жанна громкая...