В последние месяцы мы часто слышим о борьбе чиновников за чистоту русского языка и запрете латиницы на вывесках. Но задумывались ли вы, как именно формировалась наша языковая идентичность? То, что мы изучали в школе по учебникам истории и литературы, порой вызывает больше вопросов, чем ответов. Сегодня мы отложим в сторону привычные академические догмы и посмотрим на происхождение русского языка через призму исторических фактов, которые часто замалчивают. Приготовьтесь: некоторые выводы перевернут ваше представление о Кирилле и Мефодии, Иване Фёдорове и даже Александре Сергеевиче Пушкине...

Слушайте, ну кто из нас не запинался на школьных уроках литературы, когда Марья Ивановна с прищуром спрашивала что-то эдакое? Александр Сергеевич наш — это ведь не просто кудри и дуэли, это целая вселенная. Мы привыкли, что он «глаголом жгет сердца», упаковывая мысли в идеальные рифмы. Но вот незадача: когда всплывает вопрос, какое из этих произведений Пушкина написал в прозе?, многие из нас начинают судорожно вспоминать школьную хрестоматию, краснея, как гимназистки. Честно говоря, Пушкин в какой-то момент просто «перерос» чистую поэзию. Ему стало тесно в корсете ямба и хорея. Знаете, это как если бы виртуозный гитарист вдруг решил пересесть за рояль — масштаб другой, а драйв тот же...