— Садись в машину, босоногая, — сказал мужчина у рыночного навеса. — Не бойся, не украду. Мне нужна помощница для дочери. Заплачу больше, чем ты за всё лето здесь насидишь. Люди вокруг притихли не сразу, а волной. Сначала замолчала женщина с творогом, потом продавец у ящика с огурцами, потом две торговки у прохода, которые до этого громко спорили о сдаче. Рынок жил обычным утром: скрипели тележки, хлопали фанерные ящики, кто-то торговался за пучок укропа, возле ларька с пирожками пахло горячим тестом...