– Моя старуха дома котлеты жарит и радуется, что я в санатории отдыхаю! Я из жалости с ней живу, – сказал Толя и откинулся на спинку скамейки. Женщина рядом с ним засмеялась. Громко, с привизгом, как смеются, когда хотят, чтобы слышали все вокруг. А я стояла у него за спиной. С пакетом в руке. В пакете, в стеклянном контейнере с синей крышкой, лежали котлеты. Ещё тёплые. Я жарила их в шесть утра, до первого автобуса, и завернула контейнер в полотенце, чтобы не остыли за дорогу. За три дня до этого Толя позвонил и жаловался, что в столовой дают паровые котлеты, «как будто бумагу жуёшь»...