— Да что ты расшумелась на весь дом? Я со своей пенсии отложила. Хочу порадовать ребенка. Мне что, теперь и копейку на внука потратить нельзя? Ты совсем сердце потеряла со своим бизнесом и «давай копить». — Катенька, ну что ты на него так смотришь, как надзиратель в колонии? — раздался за спиной мягкий, сдобный голос Веры Павловны. Катя вздрогнула и обернулась. Мать стояла в дверях кухни, вытирая руки расшитым полотенцем. — Мама, я не надзиратель. Я мать. И я хочу, чтобы мой сын вырос мужчиной, а не комнатным растением, которое только и знает, что рот открывать, когда его кормить приходят...