Она плакала на руках матери. Почти сорок лет спустя семья узнала, что произошло в роддоме. В марте 1978 года за окнами роддома стояла сырая, холодная весна. На стекле дрожали капли, в коридорах пахло хлоркой и кипячёным бельём, а в палате рядом со Светланой лежал туго запелёнутый свёрток. Девочку назвали Мариной. Светлана смотрела на её маленькое лицо — сморщенный нос, тёмные ресницы, крошечные пальцы, сжатые в кулачки, — и пыталась привыкнуть к мысли, что теперь у неё есть дочь. Дома их ждали муж Сергей и старший сын Павел...

сть сериалы, которые держатся не на скорости, а на неприятном чувстве: что-то старое вернулось слишком поздно, но теперь от этого уже нельзя отмахнуться. Человек мог уехать из города, сменить работу, построить новую жизнь, убедить себя, что всё закончилось. Семья могла молчать годами. Следователь мог закрыть дело. Адвокат мог принять решение, которое тогда казалось правильным. Но потом появляется фотография, архив, ошибка в дате, пропавший человек, похожий почерк преступления или просто место, где прошлое оказалось сильнее настоящего...