Кухня была залита стерильным утренним светом, который обычно предвещает начало чего-то чистого и ясного. Но для Анны этот свет был сродни операционному — он лишь ярче подсвечивал каждую пылинку, каждый развод на полированной столешнице и её собственное нарастающее чувство неполноценности. Она стояла у плиты, помешивая наваристый бульон. Сегодня был особенный день — их пятая годовщина свадьбы. Анна встала в шесть утра, чтобы успеть приготовить обед, который, как она надеялась, наконец-то заставит Вадима улыбнуться той самой открытой, искренней улыбкой из их первого лета...