Я узнала об измене на операции кота. Я не шучу. Это правда. Только что я держала в руках чужую жизнь — маленькую, мокрую, дрожащую, — а через секунду моя собственная жизнь перестала быть моей. Телефон мужа завибрировал на столике в ординаторской. Я сняла перчатки. Я просто взяла этот черный айфон с треснутым стеклом — Толя уронил его в прошлом месяце, я тогда сказала: «Дай я поставлю новое защитное», а он отмахнулся, — и увидела уведомление. «Сладкий, когда освободишься? Та ночь была невероятной...

- Что, Брут, нравилось смотреть, как из меня делают дуру? – хочу сказать с иронией, но получается паршиво. Говорить больно. Держаться и делать вид, что мне всё равно, ещё сложнее. Внутри снова встрепенулся ад. Ещё полминуты назад, мне казалось, что несмотря ни на что я уйду отсюда с гордо поднятой головой… но меня снова безжалостно приложили лицом об асфальт… и кто? Ещё один близкий мне человек. Улыбка медленно сползает с лица Эдика. Его тёмные брови ползут к переносице. Серые глаза грозно темнеют...