Тётя Люба позвонила в среду перед обедом. — Ир, ты дома? Олежек звонил. Говорит, доля у него тут тоже есть. Вы уж подвиньтесь как-нибудь, он на днях приедет. Ирина отставила чайник и молчала секунд пять. Потом спросила, какая доля. — Ну как какая. Мамин же дом. Он там тоже прописан был, ещё пацаном. Двадцать пять лет назад, в две тысячи первом, Ирина въехала в этот дом женой Сергея. Приватизирована она была ещё раньше, в девяносто восьмом, на троих: на Валентину Петровну, на Сергея и на тринадцатилетнего Олега...