— Ты, Марина, погоди подписывать. Я тоже наследница. Я эту квартиру пробивала, когда тебя на свете не было. Бабушка сказала это громко, на всю приёмную. Апрель, папу похоронили в феврале, у меня в руке паспорт и свидетельство о смерти в тонком файлике. Я даже не сразу поняла, что это про меня. Контора нотариуса была в двух минутах от нашего подъезда, на первом этаже соседнего дома. Три стула, кулер, фикус на подоконнике. Кроме нас сидели женщина с толстой папкой и мужчина в рабочей куртке. Дверь в кабинет была открыта, помощница Даша печатала...