Получив свою рукопись с правкой царя, Пушкин поначалу попытался спасти повесть — внести в неё исправления: попробовал было слово «кумир» заменить более нейтральным — «седок». Но смысловая разница оказалась для него непомерно велика, и в конце концов он предпочел петербургскую повесть «Медный всадник» не печатать. Такова оказалась цена одного слова. Пройдут годы, десятилетия, и писатель Д. Гранин, перечитывая классика, заметит: «Оказалось, что именно в отчёркнутых строках сосредоточилась та доля сокровенного, пожертвовать которой нельзя без ущерба для смысла поэмы...