У моей свекрови, Георгины Леопольдовны, всегда была одна удивительная особенность. Она обожала выдумывать для своих самых возмутительных поступков невероятно благородные оправдания. Она искренне считала, что любой ее каприз — это проявление высшей заботы о близких. В ее картине мира все должны были жить строго по ее правилам. Если она решала влезть в нашу жизнь со своими советами, то только потому, что «молодые еще глупые, их направлять надо». Илья, как единственный сын, должен был во всем слушаться, а я, как невестка, обязана была радостно принимать любые ее инициативы...

Золовка попросила у Аллы справку о заработке: мол, только прикинуть, какую сумму дадут банки. Через две недели в бухгалтерии зазвонил телефон, и Алла услышала в трубке имя, которое никогда не работало в их фирме. Алла отправила справку золовке из ванной, держа телефон мокрыми пальцами. Потом она много раз вспоминала эти пальцы и тонкую плёнку воды на экране, которая никак не вытиралась рукавом. Это был четверг, конец марта. Из кухни доносился голос Дениса, он объяснял сыну, почему нельзя есть сырники прямо со сковородки...