Ключ не повернулся. Карина сначала даже не поняла — как это «не повернулся». Она ведь входила в эту дверь тысячу раз: с пакетами, с ребёнком на руках, с мокрым зонтом, с усталостью в глазах. Дверь всегда принимала её, как принимают своих: щёлк — и ты дома. А сейчас ключ упёрся во что-то чужое. Карина попробовала ещё раз. Медленнее. Аккуратнее. Как будто дверь могла обидеться на резкость. Ноль. За дверью кто-то шуршал. Играло радио — тихо, по-хозяйски. Не «чтобы слышно было соседям», а «потому что мне так уютно»...