— Лена, ты же понимаешь, это временно. Год, максимум полтора. Мать подержит, потом всё вернётся обратно, — Сергей говорил быстро, чуть наклонившись вперёд, и папка с бумагами лежала у него на коленях, как ребёнок, которого он не знал куда деть. Елена сидела напротив на диване. Между ними стоял журнальный столик, на котором она утром оставила недочитанную книгу. Книга всё ещё лежала там, раскрытая посередине. Она смотрела на эту папку и думала о том, что муж пришёл домой на час раньше обычного, что он чуть запыхался, что от него пахло не улицей, а закрытой машиной...

Вечером тридцать первого он стоял у окна и смотрел, как редкие хлопья снега медленно падают в свету фонаря. В квартире было тихо. Телевизор он выключил ещё днём, когда понял, что не хочет слушать ни поздравлений, ни шуток, ни обещаний о светлом будущем. На кухне остывала гречка. Он ел её без аппетита, просто потому что так надо. На столе лежал телефон, экран потух. Никто не звонил. Пару сообщений с поздравлениями пришли днём, он ответил коротко и убрал телефон подальше, чтобы не ждать следующего сигнала...