Галина Петровна позвонила в среду, в половине восьмого утра. Рита ещё не успела налить кофе, а голос свекрови уже звенел в динамике, как будто та репетировала всю ночь. - Маргарита, мне нужна выписка. Из домовой книги. На квартиру. - Какую квартиру? - Нашу. На Ткацкой. Ты же там прописана, вот и закажи. Рита поставила чайник на плиту и прижала телефон плечом к уху. Пальцы сами потянулись к краю полотенца, сложенного на крючке у мойки. - Галина Петровна, зачем вам выписка? - Это не твоё дело, Маргарита...

Кофеварка зашипела ровно в шесть сорок. Старая, итальянская, с потёртой ручкой и вмятиной на крышке. Бабушка привезла её из Калининграда лет двадцать назад, и с тех пор ни одно утро в этой квартире не начиналось без знакомого звука: сперва шипение, потом тихое бульканье, потом запах, от которого комната становилась теплее. Нелли стояла босиком на холодном кафеле и ждала. За окном светлело октябрьское небо, чистое, как промытое стекло. Внизу дворник Фёдорыч гонял метлой листья по асфальту, и этот шорох проникал даже сквозь закрытые рамы...