Я проснулась в шесть утра от звонка Серёжи. — Лена, ты что натворила? Мама рыдает! Говорит, ты вчера какие-то бумаги показывала... В трубке слышался испуганный шёпот. Значит, дошло. Я потянулась за стаканом воды на тумбочке. Горло пересохло — видимо, от вчерашнего. — Серёж, твоя мама вчера назвала меня голодранкой при всех. При твоих детях, между прочим. — Но это же... Лен, ну она не со зла... — А я не со зла показала ей бабушкин завещанный договор. Тишина. Долгая, тягучая, как мёд. — Какой договор? — На дачу...