— Лена, я тебе по-хорошему говорю: забирай вещи и уходи. Зинаида Павловна стояла в дверях и загораживала проём широкой спиной. За её плечом виднелась кухня. На плите ещё стояла кастрюля с гречкой, которую Лена сварила утром. — Зинаида Павловна, я же за ноябрь заплатила. Вы сами деньги брали. — Деньги я вернула. В боковом кармане лежат, пересчитай. Две клетчатые сумки стояли на крыльце. Из одной торчал рукав Андреевой рабочей куртки. Лена берегла её, спала, укрывшись ею поверх одеяла. Снег уже припорошил молнию...

– Ты всерьез предлагаешь мне стоять у двери с секундомером и засекать, сколько минут взрослый человек проводит под душем? Марина бросила на кухонный стол распечатанную квитанцию за прошлый месяц. Плотная бумага легла рядом с недопитой чашкой кофе, прямо поверх раскрытого блокнота, в котором аккуратным почерком были расписаны все обязательные семейные траты до конца осени. Вадим даже не поднял головы от экрана своего телефона. Он неторопливо намазывал сливочное масло на подсушенный тост, всем своим видом демонстрируя безмятежность человека, которого домашние неурядицы не касаются вовсе...