Семь лет назад, в один из серых ноябрьских вторников, мама позвонила мне. Сквозь электронный гул, кашель чужих людей и металлический голос из репродуктора, монотонно объявляющий: «Талон П-пятнадцать, пройдите в окно номер шесть», – пробился ее бодрый, почти праздничный тон. - Светик, мы тут с Павликом в МФЦ сидим, документы на регистрацию подаем. Дарственную оформили на бабушкину квартиру. Ты же не в обиде? Ему сейчас нужнее, он же мужик, семью строить надо. А тебе мы потом, чуть попозже купим квартиру, обязательно скинемся и поможем...

xНакрахмаленный кусок плотной бордовой ткани шлёпнулся прямо на мою тарелку с овощным салатом. Завязки скользнули по краю фаянса и едва не угодили в оливковое масло. Я подняла глаза. Моя золовка Оксана нависала над столом, упирая руки в бока. Она лучилась непробиваемой уверенностью человека, который только что придумал гениальный план и теперь ждет всеобщих оваций. — Субботы у тебя свободны, — распорядилась она решительным командирским тоном. — Значит, будешь работать в моём заведении. Открытие через две недели...