У моей матери есть странная привычка — она всегда сначала смотрит на конверт, а уже потом на человека, который его принёс. Даже если это обычная квитанция за свет или поздравительная открытка к Восьмому марта от бывшей коллеги, с которой она не общается лет десять. Сначала конверт. Бумага. Почерк. Уголок. Марка. Будто письмо — это не бумажка, а лицо, по которому можно сразу понять, с чем оно пришло: с добром, со стыдом, с просьбой или с тем, что лучше бы так и осталось в чужом ящике. В тот день я вернулась к ней после работы раньше обычного...