— Нина Павловна, сидите на кухне и носа в коридор не высовывайте! — тридцатилетняя Жанна с перекошенным от злобы лицом с грохотом захлопнула перед свекровью белую пластиковую дверь, едва не прищемив пальцы пожилой женщины. — Я вас русским языком предупреждала: с десяти утра до девяти вечера в квартире действует режим строгого санитарного зонирования! У меня через пять минут запись на полный комплекс педикюра, вип-клиентка, супруга крупного застройщика! А вы вздумали в своем полинялом фланелевом халате...

— Верните мне Галину, — сказала женщина в жёлтом пальто. — Я к Галине записывалась. — Я Галина. Женщина посмотрела на неё с таким недоверием, словно из-за стойки ответил шкаф. — Вчера другая была. Галина Борисовна поставила сумку на подоконник. До её первой клиентки оставалось двадцать минут. Она вернулась после трёх недель отсутствия и ещё не успела переодеться, включить лампу, проверить, на месте ли ножницы. Женщина сняла шапку. Одна сторона стрижки лежала короткими ровными прядями, другая торчала над ухом так, будто её делали в темноте...