— У вас уже есть квартира, а Марине нужны деньги на ипотеку, — свекровь поставила пустую чашку на стол так резко, что ложечка звякнула о фарфор. — Вы же не станете вцепляться в этот дом, когда родной сестре расширяться надо? Мы сидели за круглым столом на застеклённой веранде. Полгода назад на этом самом диванчике Николай Иванович, мой свёкор, пил чай с чабрецом и смотрел, как Паша обрезает старые яблони. Сегодня утром мы забрали у нотариуса свидетельства о праве на наследство. И ровно через два часа Тамара Васильевна и её дочь Марина приехали к нам «поговорить о будущем»...

В некотором царстве, в российском государстве, лес был густой, а цены — низкие. Помнят это только старики, да и те уже не уверены — может, приснилось. Но помнят запах: когда осенью топили печи, над крышами стоял такой дым — сладкий, берёзовый, с привкусом смолы, — что даже собаки на улицах переставали лаять и задирали носы к небу. Но наступили времена, когда бояре продали весь лес китайским купцам на вывоз. Под видом «санитарной вырубки» — так было написано в указе, скреплённом сургучной печатью...