Страшный жар держал его в постоянном бреду. Император метался по постели, беспрестанно стонал, причем так громко, что, как писали современники, крики было слышно даже за пределами дворца. Наконец, в одну из тех минут, когда смерть перед окончательным ударом ненадолго отступает, давая вздохнуть своей жертве, Петр пришел в себя и выразил желание писать. Однако отяжелевшая рука чертила буквы, которые невозможно было разобрать. Он сам заметил, что пишет неясно, поэтому закричал, чтобы ему позвали принцессу Анну...