1942 год, Тамбовская область, госпиталь. - Вась, твоя сестричка прибыла, - усмехнулся Иван Петраков, старый усач с перевязанными руками и головой. - Чего разлегся? Вставай! - Вот же язык у тебя, Иван Савельич, - проворчал Василий, который на тот момент был единственным неходячим в палате. - А чего язык-то? - не унимался Петраков, скалясь, насколько позволял бинт. - Ты в лихорадке сколько дней бился, покуда Катька не пришла к нам! - И бледный, будто не живой лежал! - подал голос Колька с перевязанной ключицей...