Сорок восемь тысяч лежали в банке из-под кофе, а банка стояла не на своём месте. Тамара заметила это сразу. Она двадцать лет считала чужие сметы и привыкла видеть, когда цифра сидит не в той графе. Жестянка с золотой крышкой всегда стояла за гречкой, этикеткой к стене. Теперь этикетка смотрела в комнату. – Лёнь, ты банку трогал? – спросила она. – Какую банку? – Из-под кофе. На второй полке. – Мам, я кофе не пью, мне двенадцать. Вот и ответ. Она открыла крышку и заглянула внутрь. На дне лежал клочок бумаги, вырванный из школьной тетради...

Тамара вернулась со смены, а ключ не подошёл. Её вещи стояли на лестнице, на подушке лежала записка от нового замка. Муж и его молодая жена были уверены, что победили. Они не открыли одну жестяную коробку. Ключ вошёл в замок на полпальца и встал. Тамара вытащила его, повертела под лампой на площадке, словно на бородке могла появиться царапина, и попробовала снова. Не пошёл. Сумка с рабочим халатом оттягивала плечо. Смена в поликлинике закончилась в семь, потом была аптека, потом хлебный, и в пакете у неё лежал тёплый батон, который она собиралась разрезать вдоль и поджарить с яйцом...