— Верка, ты чего жадничаешь? Мы же свои! — Лёва держал над раковиной мой черничный йогурт и улыбался так, будто делал мне одолжение. Я стояла в дверях кухни с сумкой на плече и никак не могла расстегнуть куртку, пальцы не слушались. На крышке йогурта желтел стикер с моей запиской: «Моё. Пожалуйста, не трогайте». Лёва только что прочитал её вслух, с выражением, как стихотворение на утреннике. В комнате хохотали Назар и Игнат. Егор, мой муж, не смеялся, но и на кухню не вышел. Я чуть не швырнула этот йогурт Лёве в лицо...