Звон будильника, врывающийся в полусон, был похож на сигнал воздушной тревоги. Алина заглушила его ладонью, испытывая чувство вины — дайте мне ещё пять минут, всего пять... Эти минуты, украденные у суетного утра, были ее главным ежедневным преступлением и маленьким наслаждением. Но утро мстило за эту слабость безжалостно. — Мам, а где мой розовый свитер? — донесся из коридора голос тринадцатилетней Кати, насквозь пропитанный трагизмом, будто речь шла не о свитере, а о смысле жизни. — Он грязный! — крикнула Алина, спотыкаясь о конструктор Лего на пороге ванной...