По моим записям за последние годы: из сорока семи обращений, где мужчина произносил эту фразу, только в тринадцати случаях беременность действительно была от другого. В остальных — это было оружие. Способ ударить побольнее, когда слова закончились. Ко мне приходят не за осуждением. Приходят, когда внутри всё оборвалось, а воздуха в груди стало меньше, чем кажется нужным для следующего вдоха. «Девушка беременна от другого» — с этой фразы начинаются самые тяжёлые разговоры. Но именно с неё же, как ни странно, начинается и отрезвление...

Варя ненавидела ежегодные медосмотры. Не боялась, не стеснялась – именно ненавидела, тем ровным, тупым раздражением, с каким люди ненавидят очереди в почтовых отделениях. Всё в этих медосмотрах было притворным: притворные врачи, которые смотрели на тебя три секунды и спрашивали “жалобы есть?” уже не глядя; притворные пациенты, которые одинаково отвечали “нет”; притворные печати, которыми хлопали по картам, будто от этого что-то зависело. Все понимали, что это формальность для допуска к работе, и понимали одинаково хорошо – и врачи, и те, кто стоял перед ними...