Хватит, решил я на сорок первый день. Сорок дней Валин телефон пролежал выключенным в бардачке её джипа, и все сорок дней я возил его с собой, как камень в бардачке. Нотариус просил собрать, какие у неё были счета, на её карте висели автоплатежи, и разбираться с этим, кроме меня, было некому. Олеся увидела телефон, когда я уже воткнул зарядку в розетку над Валиной швейной машиной. — Это мамин. Положи. — Олесь, там платежи. Надо понять, что закрывать. — Ты при ней в её телефон не лез. И сейчас не лезь...