Спор об ударении почти всегда кончается тем, что одна сторона объявляется безграмотной. И вот в этих семи словах обе стороны правы, причём давно и официально, а спорят они с тем же жаром, будто на кону приличия. Проверить любое из них можно за минуту. Проверяют, впрочем, редко: спорить интереснее. Собрала семь. Оба варианта равноправны: «Иначе» и «инАче». Никаких пометок вроде «устаревшее» или «разговорное» тут нет, выбирайте любой. Замечу только, что в стихах ударение уезжает туда, куда требует размер, и никого это не смущает уже двести лет...

Четыре засады за три месяца. Каждый раз немцы знали точно: где будет группа, когда выйдет, сколько человек. Пятнадцать бойцов погибло у моста через Навлю, трое — под Суземкой, четверо — на дороге к Погару. Люди уходили на задание и не возвращались. Партизанский отряд майора Зубрева терял людей, и никто не понимал почему. Пока в лагерь не пришел человек, назвавшийся сержантом Волковым. Отставший от части, три недели в лесу, ищет своих. Документы потерты, лицо обычное, голос тихий. Его приняли. Никто не знал, что сержант Волков — капитан контрразведки СМЕРШ Тимошин...