— Там золото, я вам говорю, — сказал Игорь, кивнув на жестянку из-под чая, которая простояла на верхней полке бабушкиного серванта столько же, сколько он себя помнил. — Или облигации какие-нибудь ещё советские. — Или какие-нибудь старые фотографии, — фыркнула Даша. — Бабуль, ну скажи уже, что там? — Когда умру, поймёте, — привычно ответила Зоя Тимофеевна, не отрываясь от вязания. Разговор этот повторялся в их семье регулярно, почти как ритуал, обычно за воскресным чаем, когда собирались все, кто мог собраться...